|
эм, как ты? Хокинс поднял глаза, удивляясь услышать английскую речь в итальянской допросной. — Кто вы, на хрен, такие? Джарвис уже протягивал пачку сигарет и зажигалку. Хокинс взял и то и другое. — Я детектив-инспектор Джарвис из Службы безопасности Национальной футбольной лиги. Впечатляющая драка. Хоки пожал плечами и продолжал молча курить. — Расскажите мне, что случилось прошлой ночью? Повторный жест плечами. — Сидели себе тихо: курили, выпивали, а тут набежали копперы, помолотили дубинками и повязали. Вот и все. Говорят, кого-то даже укокошили. — Отчего же вас не выслали вместе с остальными? — А я знаю? Вы это у них спросите. Джарвис хмыкнул и сел, — Хотите, открою секрет? Говорят, что вы, Хокинс, запустили бутылкой в полицейского — и это отражено в видеозаписи. Знаете, что полагается за это по местным законам? Хокинс рассмеялся: — Задница. — Верно говоришь, — сказал Джарвис. — И, естественно, понимаешь, чем тебе это грозит? — Пока нет, но, наверное, вы мне объясните со временем. — Конечно, объясню. Это закончится тем, что тебе придется немного здесь пересидеть. До возвращения в Англию, где этот процесс, естественно, продолжится. Ответом ему был смех. На сей раз еще более громкий. Тут уж Хоки позволил себе разойтись. — Вы старый матерый коппер, так что вам лучше знать, что меня ожидает. Ну, промаринуют здесь несколько дней, а потом пинком под зад вышлют на родину. Отголоски узнаете в прессе: как англичан томят в итальянских застенках. Короче, пропаганда — вам ли не знать, — а если вы этого не понимаете, то, значит, устроились не на ту работу, приятель. Джарвис посмотрел на него с усмешкой. Да, этот парень был прав. Лучше не скажешь. — И как добрались сюда, Грэм? — Поездом. — С кем? — Да так. Несколько парней. Сами понимаете, имен не запомнил. — Ну, естественно. Только все это ложь. Хоки посмотрел на него. С выражением враждебного удивления и негодования. — В чем дело, инспектор? Я с детства не вру — с тех пор как мама запретила. И потом, я плачу налоги на ваше содержание и, кажется, уже этим заслуживаю хоть немного уважения. Фабио хмыкнул в углу, но Джарвис, как будто бы не заметив этого, продолжил: — Короче, Хокинс, нам все известно, с кем ты и что вы затеяли. — В таком случае, раз вам все известно, зачем эти дурацкие вопросы? — Где Билли Эванс? — громоподобно прозвучал голос Джарвиса в итальянских застенках. — Какой-такой Эванс? — Билли Эванс, с которым ты приехал сюда. — Не понял... вы о чем? — Слушай, ты... — Вы скажите, кто? — Хокинс, не трать время понапрасну. — Отчего же? Как я понял, у меня его теперь много. — Хорошо. Скажи мне только, где Эванс, и я от тебя отстану. Куда он смылся? — А зачем он вам? Да и вообще: что он натворил? Джарвис устало вздохнул: — Так ты скажешь мне, где он, или нет? — Нет. Я вообще не скажу больше ничего и никому, пока не увижу своего адвоката. — Хоки перевел взгляд на Фабио: — Я так понимаю, что в вашей стране законы тоже действуют, как и в доброй старой Англии? Джарвис понял, что напрасно теряет время, и направился к выходу, но был остановлен уже на пороге возгласом Хокинса. — Инспектор, — позвал его тот. — Да? — Спасибо за сигареты. — Так... и куда теперь, Пол? Джарвис почесал в затылке и полез в карман за телефоном. Включив его, он воззрился на Фабио. Выразительное пожатие плеч досказало все остальное. — Что ж, если здесь он не найдется и если в Лондоне его тоже нет, тогда мы сегодня же вечером выезжаем обратно. Остается надеяться лишь на то, что он попадется нам на матче — или когда станет забирать свою машину со стоянки. — Но если он придет на игру, можем мы хоть приблизительно вычислить, в каком секторе у него билеты? Джарвис, поежившись, зевнул. — Все английские болельщики собираются в одном секторе. — Значит, если товар по-прежнему в «мерседесе», на котором они сюда приехали, остается надеяться, что Стив Парри этого не пропустит. Если же нет, заберем ключи от «лексуса» у Терри Портера. В этот момент его мобильник издал сигнал. Он получил сообщение от Парри, который просил немедленно связаться с ним. Джарвис снова набрал номер и некоторое время выждал, пока раздастся ответ. — Стив, это Пол Джарвис. Слушай, Эванс, судя по всему, не депортирован, и в тюрьме его тоже нет. Значит, он мож |