|
лучилось с Гарри Фитчетом и Терри Портером? — Нет. К тому времени я уже давно ушел. — Куда? — Просто прогулялся по улицам. Отвлекся. Потом взял такси. — И куда поехали? — К своей машине, естественно. Оставленной на стоянке. — И вы можете это доказать? Эванс покачал головой и не успел он рта раскрыть, как тут же вмешался адвокат: — Он не обязан предъявлять вам никаких доказательств, инспектор, пока вы не предъявили своих. Джарвис кивнул и потянулся за листком бумаги. — Вот как излагает события Терри Портер. В своем заявлении он пишет, что вы присутствовали в баре в тот момент, когда на него было совершено нападение, и даже подстрекали к этому известных вам лиц. — Чушь собачья, — отрезал Эванс. — Он лжет. — И зачем же, по-вашему, он так хочет опорочить ваше доброе имя? — все так же ядовито поинтересовался Джарвис. — Откуда мне знать? Но, клянусь глазами матери, меня к тому времени в баре не было — потому что никакого нападения я не видел. — У вас есть другие свидетели, готовые подтвердить это заявление, инспектор? Джарвис улыбнулся сидевшему напротив адвокату: — Пока нет, мистер Хайгем. Но скоро будут. — Так в данный момент против моего клиента фигурируют лишь показания этого... — Он взглянул в свои записи и преисполнился насмешливого самодовольства: — Терри Портера? Джарвис на несколько секунд заглянул в папку и переворошил бумаги. Он ничего не читал, просто пытался выиграть время. У него в самом деле не было улик, и этот проныра адвокат знал, что бьет в яблочко. Даже то, что Портер полисмен, в суде ничего не значит. Один свидетель — это всегда один свидетель. И Эванс снова будет гулять на свободе. Наконец он оторвался от папки и с невозмутимой улыбкой произнес: — Ладно, Билли, давай поговорим об автомобилях. — О каких еще автомобилях? — О твоих. — А в чем дело? — сразу насупился Эванс. — Ты можешь объяснить, зачем тебе понадобилось перегонять их в Италию? Эванс достал сигарету из пачки, лежавшей перед ним на столе, и прикурил. Он выпустил дым на Джарвиса, который взмахнул рукой, невольно закашлявшись. — Прошу прощения, — усмехнулся Эванс. — Вы спрашиваете, зачем я перегонял? Так это же мои машины. Разве я не имею права давать их друзьям? Или это теперь считается преступлением? Джарвис усмехнулся в ответ и покачал головой. — Нет, конечно же нет. Если это была легальная транспортировка. — Налоги, страховка, парковка, все путем. — Я не это имел в виду. Эванс озадаченно посмотрел на него: — Тогда что же? Джарвис опять деловито зарылся в бумаги, и когда поднял голову, его по лицу расплывалась улыбка. — Мы к этому скоро вернемся. Выложив перед ним листок бумаги, он ткнул в него пальцем: — Эти машины?.. Четыре «мерседеса»-салона, один «Мерседес-Estate», семь «БМВ», три «мицубиси-сёгуна», две «тойоты-лендкрузер», два «рейндж-ровера» и «лексус». С довольной улыбкой он взирал на Эванса. — Дорогие марки, Билли. Сколько же вся эта утварь стоит? Эванс затянулся сигаретой и усмехнулся. . — Будем торговаться? Джарвис посмотрел на него совершенно серьезно и поднял бровь: — Так сколько же? Эванс посмотрел в потолок, оттопырив губу. — Ну, скажем, если повезет и клиент попадется сговорчивый... думаю, где-то в районе 430 000 фунтов. Джарвис присвистнул: — Это же чертова куча денег, Билли. Эванс кивнул: — Я по мелочам не работаю. Вы же знаете, инспектор. И потом, я вложил в них немногим меньше. Хайгем хищно подался вперед: — А в чем, собственно, дело, инспектор? Мой клиент известен как успешный бизнесмен в области автопродаж — и что? Это его лучшие машины, наиболее качественный товар. Или в наши времена иметь плотно укомплектованный гараж считается преступлением? Джарвис опять усмехнулся. — Мы только приближаемся к сути вопроса. — Опять глубоко вздохнув, он продолжал перелистывать содержимое папки. Теперь или никогда, он Должен загнать в угол этого негодяя. — Итак, что мы имеем. Из сорока человек, сопровождавших ваши машины, один мертв — Фитчет, другой прибыл только что самолетом прямо из больницы — Портер, и, наконец, третий — ваш собственный напарник и попутчик Хокинс — остался в итальянской тюрьме. А вы, естественно, здесь, — добавил он спустя некоторое время. — Мой клиент все это знает, — нетерпеливо произнес Хайгем. Джарвис улыбался, не спуская глаз с |